Сыр в масле (curspring) wrote,
Сыр в масле
curspring

Categories:

Вечно Зеленая Земфира. Зеленый театр. Пятница

Была просто очередь. Была очередь для прессы. Была VIP очередь, а левее нее еще и VIP блатная очередь. Борис Барабанов по доброте душевной аккредитовал на Земфиру всё комьюнити paparazzi без какого-то разбору. Говорят, человек 300. Гламур пер, как кружевные стринги из джинсов. Очередь не двигалась. Сначала ныли, потом гудели, потом, со звуками первых песен, начали хохотать и придумывать рецензии от тоски, что будем писать их прямо здесь, на Набережной, угадывая долетающие звуки.

Борис Барабанов сверял списки собственноручно, выслушивая с красным парным лицом от коллег. Такого не пожелаешь. Многим особенно запомнилось, что в обход очереди пустил Гаспаряна из «МК», потом какое-то гей-сообщество, потом еще и еще. Элита paparazzi (не старше 25), начала тускнеть и ревниво горбиться.

- Что-то мне подсказывает, что завтрашние рецензии так и будут начинаться «Борис, ты не прав!»

Мы с Чукой и Настей встали как-то удивительно около VIP дорожки. Мимо шла Людмила Гурченко, Долецкая, Фридман, Лагутенко, который заскочил с рыжеволосой подружкой в правой руке минут на 20, расстроенная Митрофанова. В сумме, на редкость мало.

И тут началось.

Болимически тощая Земфира – «она колется - нет, она нюхает – я говорю, колется» - новые музыканты, духовые, клавишные и струны как молодые вены.

Рядом умирающей мышью билась Чуковская.

Сережа то и дело норовил удержать меня от прыжков и криков. Я помнила все песни наизусть. Я угадывала с первых двух нот. Одноклассникам по воскресной школе Тома Сойера за выученный псалом, кажется, полагался молитвослов. Вот мне чего-то такое тоже положено. Радость била ключом, кажется, только в правом секторе танцпола. Чем выше – тем бледнее веселье, волны радости разбивались о холодные профили замороженного гламурья, иссякали под ногами каменных гостей – толстоногих охранников.

Какие-то невиданно завихренные аранжировки: ска, дискотека 80-х, фортепианные переливы и ранний Deep Purple.

Девицы, раскрывавшие зонтики, исправно портили себе карму: за ними ничего не было видно.

Были две новые песни (Излюбленный «Мальчик», у которого секса – ноль, и некая «Москва колбасится»). Была песня «Казанова» в память Кормильцева, песня «Лето» Майка Науменко.

А, в общем-то, как–то грустно было. Капля по капле, но грустно. И неотвязное тактильное до оторопи ощущение, что из этой страны пора валить.
Subscribe

  • Резервации

    Я пишу колонки для "РИА Новостей", новостного агентства с огромной аудиторией. Эта аудитория для меня загадка - я совершенно не могу предположить,…

  • Мы наелись

    Мы наелись 10:04 05/04/2013Я часто напоминаю своим либеральным друзьям, что мы ожидаем гражданской сознательности и высоких духовных запросов…

  • Матерей-одиночек больше нет

    Матерей-одиночек больше нет 13:14 06/12/2012По мнению Александры Шевелевой, название "мать-одиночка" представляет женщину, живущую…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 17 comments

  • Резервации

    Я пишу колонки для "РИА Новостей", новостного агентства с огромной аудиторией. Эта аудитория для меня загадка - я совершенно не могу предположить,…

  • Мы наелись

    Мы наелись 10:04 05/04/2013Я часто напоминаю своим либеральным друзьям, что мы ожидаем гражданской сознательности и высоких духовных запросов…

  • Матерей-одиночек больше нет

    Матерей-одиночек больше нет 13:14 06/12/2012По мнению Александры Шевелевой, название "мать-одиночка" представляет женщину, живущую…